У попа была собака?

Я понимаю, что многим не понравится, то, что я расскажу.
Но так бывает в жизни. Поэтому расскажу.

У попа была собака?

     Эрни умирал долго и мучительно. Он молчал. Но мы видели, что жизнь стремительно из него уходит…

Эрни жил-то недолго, всего каких-то четыре года… Это был мой самый первый пёс… Позади у него были и выставки, и медали, и 

дипломы… А у нас — ветеринары, клиники и самый плохой прогноз… Говорили, не проживёт и недели. Прожил ещё полтора года…

     Мы остались с вопросами, на которые у нас до сих пор нет ответа… Надо ли было всё это? Нужна ли была эта наша борьба за его

 жизнь, которая была так мучительна для него…

    Каждый, кто терял, знает, как тяжело… Похоронив Эрни, мы места себе не находили… И тогда я, взяв своих детей, пошла в храм.

Сейчас очень модно и популярно говорить о вере. Говорить, оправдываясь. Или ругать всё, — я никого и ни в чём не собираюсь ни

 убеждать, ни переубеждать… Это — лишнее.

    Не стану. Говорят, приходит время и слепые прозревают…

 

   Это был храм, куда я бегала ещё девчонкой, ну да, смотрела, ничего не понимая,  и думала, что это было всегда и будет всегда…

   Храм этот дети знали, их два таких, куда мы приходим…Приходим просто, чтобы принести вещи, которые уже нам не нужны, а 

кому-то необходимы, деньги, муку… Пригодится всё, храм беднейший…
 

   Потому, наверное, нахлынуло всё и сразу, и даже молитва не помогала… Я обратилась к сёстрам, рассказала, что нас привело…

   Меня не перебивали, выслушали… Я не знала, можно ли молиться о собаке… Я вообще ничего не знала…

Сёстры просто стояли и слушали, как я выла, рассказывая…

 А потом сказали : «Вы погуляйте, недолго, мы сейчас всё батюшке передадим, и

 возвращайтесь.»

   Время, которое нам отвели, я использовала просто для того, чтобы напоить и накормить детей.

 Дорога была неблизкой, вставали [b] очень рано, вот, пришлось…[/b]

Я не знала, что будет, когда мы вернёмся в храм. Не понимала… Дети, поев, немного успокоились, и мы вернулись в храм.

   В храме всё стало иначе… Он был украшен ветками, цветами, алтарь был накрыт сукном зелёного цвета. Непривычно, и всё по-

другому. Батюшка подошёл, поздоровался, и просто сказал: «Ну, приступим». И началась служба… В храме уже было много людей, 

мы все стояли, шла служба. 

   Батюшка, закончив службу, стал говорить о доброте, милосердии, люди слушали, кивали, потому что

он говорил так просто, так задушевно и по-человечески, что каждое его слово доходило до каждого сердца… 

   Когда мы вышли из храма, к нам подходили люди, рассказывали свои истории, разные истории, про себя, своё горе ли,

 счастье ли,

 дети слушали… 

Мы были едины все. И были едины [b]и в храме, и вне его… [/b]

 

   Опуская подробности, скажу. Это изменило многое. Легче не стало, но многое стало каким-то понятным, видимо…

 Мы приняли своё горе, раздели чьё-то, чужое, с прихожанами храма…

И, слава Богу, поняли, как с ним справляться…Потому что чужого горя не бывает…

Полина Стрёмная

Реклама